Впустила в дом села на шею
Ты выгнала ребёнка на улицу! Оставила одного, в чужом городе!
Во-первых, он сам себя выгнал, перебила её Наталья. Во-вторых, чужие квартиры не вокзал. Раз завёл гостей, да ещё каких, значит, пора наконец повзрослеть.
Да его из-за тебя отчислят или вообще в тюрьму посадят! Звонил, сказал в общаге мест нет, спать уложили прямо на полу!
Наталья закатила глаза, сжала кулаки. Глубокий вдох, выдох лишь бы не взорваться.
Слушай, Оль… Это теперь вообще не моя проблема.
Должна быть! Ты же крёстная! Он же ещё дитя!
Наталья замолчала. Стоило ли продолжать? Может, и правда поступила как последняя сволочь?
Она с Виктором давно не участвовали в таких семейных драмах. Жизнь после взросления детей стала тихой, скучной, как болото. Старший, Антон, обосновался в Красноярске, завёл семью. Младший, Серёжа, учился в Перми.
Казалось, всё важное уже прожито, впереди только унылая старость. Появилась странная, ноющая пустота. Будто жизнь застыла, как зимний лес, и потеряла краски. Сначала даже нравилось: думали, наконец-то будут отдыхать, уделять время себе. Но вскоре стало ясно чего-то не хватает.
И тут, будто по заказу, объявилась Ольга с просьбой.
Наташ, Мишенька ведь в ваш город поступил. В общаге мест нет, да и знаешь сама там одни гулянки. Может, приютите? У вас же места много, тихо, парень сосредоточится… Да и вы ему не чужие, присмотрите.
Наталья не отказала. Помнила, как нянчила Мишу в детстве. Мальчишка к ней тянулся, просился в гости. Она же не просто тётя, а крёстная почти вторая мать. Даже обрадовалась.
Хоть будет кому суп варить, уговаривала мужа. А тебе с кем в компьютерные стрелялки играть.
Сначала всё было идеально. Миша вёл себя как ангел. Сам мыл посуду, даже ужин пару раз сварил макароны с сосисками, но всё же. Утром вскакивал по будильнику, вечером являлся не позже девяти. Благодарил наперебой с матерью и бабушкой.
Вот бы наши так себя вели! восхищалась Наталья.
Но шло время, и всё изменилось. Сначала Миша начал раскидывать вещи. Кроссовки под кухонным столом, куртка на диване. Посуду оставлял грязной.
Наталья мягко намекнула у нас так не принято. Повторила пару раз, но он вроде исправился. Казалось, ерунда.
Потом стал приходить всё позже. Сначала в одиннадцать, потом за полночь. Однажды Наталья проснулась в три ночи от грохота на кухне Миша, пьяный, разбил стакан, пытаясь налить воды в темноте. Она молча наблюдала, как он ковыряет осколки.
Почему так поздно? спросила укоризненно.
Тёть Нать, я же взрослый. Это моя жизнь. Учёбу не прогуливаю, в чём проблема?
Хотела сказать, что своя жизнь начинается в своей квартире, но промолчала. Он и правда взрослый. Контролировать его она не имела права. Злилась, конечно, но не будить же взрослого мужика под «Спокойной ночи, малыши»?
Хотя бы потише. Здесь не общага, мы спим.
Ладно, сорян.
Иди спать. Я сама уберу.
Не хотела, чтобы пьяный племянник порезался. Ольге потом отвечать.
Виктор начал шутить, но тоже злился.
Ну вот, третий сын подрос. Даже по ночам будит, как Антоха с Серёжкой в детстве.
Миша не был плохим. Но врос в дом, как сорняк быстро, нагло, без спроса.
Ночной разговор подарил пару недель тишины. Миша всё так же приходил поздно, но без эксцессов. Наталья иногда просыпалась чуткий сон, но что поделать? Совместная жизнь диктует свои правила.
Казалось, всё наладилось. Но это была лишь передышка перед бурей.
Еда стала исчезать быстрее. Буханка хлеба за день, яйца за два. Морозилка, ломящаяся от пельменей, опустела. Наталья удивилась, но промолчала. Студент, растущий организм. Да и Виктор иногда ночью холодильник громил.
Но были и другие «улики». В ванной чужие волосы. Кровать в спальне смятая, будто кто-то спал. Наталье это не нравилось, но она снова промолчала.
Потом они с Виктором уехали на дачу к друзьям. Хотелось отдохнуть, сменить обстановку.
Той же ночью позвонила соседка.
Дорогие, вам не кажется, что у вас слишком шумно? рявкнула она. Музыка орет с шести вечера, стёкла дрожат! Ладно бы днём, но сейчас полночь!
Наталья извинилась. Они с мужем молча собрались и поехали обратно. Она сжимала и разжимала кулаки. Виктор мрачно смотрел на дорогу. Даже радио не включил. Слова были лишними.
В квартире бардак. Вонь перегара, сигарет, четверо незнакомых парней, двое вообще без языка. Миша сидел с ними, бутылка в руке.
Увидев родственников, виновато ухмыльнулся.
О, а вы уже вернулись? Мы тут… компанией.
Терпение лопнуло. Племянник, пользуясь их отсутствием, нагло привёл гостей.
Вон! Быстро! проревела Наталья.
Кто-то бурчал, кто-то оправдывался, но Виктор помог выставить всех за дверь.
Миша молчал. Наталья отправила его спать в таком состоянии разговор бесполезен. Утром высказала всё.
Никаких гостей без спроса! Поставим камеры. Везде. Кроме ванной и твоей комнаты. Раз не понимаешь, где находишься, пусть техника напоминает.
Миша пробормотал что-то про «диктатуру», но спорить не стал. Даже сам оттирал пятно от сока на ковре.
Казалось, на этом можно остановиться. Но нет. Через пару недель Миша привёл кого-то днём. Объявил, что это его девушка. «Девушка» юркнула в комнату так быстро, что рассмотреть её не успели.
Наталья подумала на час, максимум на вечер. Но пробило десять, а уходить никто не собирался.
Миш, поговорить надо, постучал Виктор.
За его спиной стояла Наталья, руки
